Category: здоровье

Category was added automatically. Read all entries about "здоровье".

capucine

пять мальчиков — пять чуланчиков

комплементарист yuritikhonravov пишет:

Хотя рай во многих случаях закономерно мыслится как нечто запредельное, недоступное никакому описанию, он всё равно не может пониматься иначе чем некое, пусть трансцендентное, продолжение известных нам состояний. Ибо не может человек страстно устремляться к тому, что ему совершенно чуждо и ни в каком смысле не понятно. Поэтому само существование рая является наглядным подтверждением доктрины аналогии бытия, разработанной католической мыслью и часто противополагаемой протестантскому радикализму (яркий пример: противоборство диалектики кальвинистских неоортодоксов и аналектики Бернхарда Лакебринка).

Соответственно, для образа положительного полюса, предельного состояния, к которому стремятся, в каждом из великих учений существуют свои базовые аналогии, или метафоры. Я обычно привожу некоторые из них.

Рай этнических исповеданий, связанный с благоденствием коллектива и индивида в определённой среде, представляется легче всего — доведением до предела соответствующих элементов благоденствия: вечная молодость, абсолютное физическое здоровье, победа надо всеми врагами, неисчерпаемый избыток всевозможных богатств, которые можно потреблять без каких-либо внешних или внутренних ограничений. В наиболее тонко разработанных системах такого типа, ориентированных на универсальную среду, данные элементы переходят в духовную испостась: вечная молодость и здоровье оборачиваются бестелесностью, идеальностью, враги оказываются косной материей, богатства концентрируются во всевмещающем Абсолюте, с коим происходит полное слияние.

Буддийская нирвана (не путаем со всякими райскими землями, которые в буддизме являются промежуточными ступенями): представьте себе, что у вас свалились гора с плеч и камень с сердца — самая большая гора и самый большой камень, какие только доступны вашему воображению и какие угнетали вас очень долго. Подумайте, какое облегчение, избавление, освобождение вы при этом испытываете. А теперь умножьте это состояние на миллиард. Это и будет примерно буддийская нирвана.

Конфуцианский рай — это идеально отлаженный социум, где всякая вещь и всякая личность, занимает положенное ей место и идеально взаимодействует с окружающими её вещами и личностями. Субъективной аналогией такого рая является идеал, который описывается соционикой: там говорится, что если в течение хотя бы короткого времени в одном месте сойдутся подходящие друг другу типы, счастье от этого события не забудется для них никогда — столь приятным будет их взаимодействие.

Мусульманский рай: представьте себе, что вы падаете спиной с небольшой высоты. Теперь увеличьте её, скажем, до высоты небоскрёба. Страшно падать, дух захватывает — не то слово. Можно увеличить высоту и ещё в миллиард раз. А потом представить себе бесконечную космическую перину, в которую вы неизбежно упадёте. Бесконечно мягкую, добрую, нежную, тёплую и т. п. Это и есть примерно мусульманский рай.

Христианский рай — это, понятно, любовь, и поэтому его часто сравнивают с общением с самым любимым человеком. Я обращу внимание на другой аспект этого состояния. Вспомните, случай, когда вы так увлеклись какой-либо деятельностью, когда она так вас захватила, что вы обо всём забыли — даже пообедать, даже в туалет сходить. И всё при этом было для вас нипочём — жара, холод, чья-то агрессия, всякие неудобства. Любой же отрыв от занятия должен был отзываться болью. А теперь умножьте это вдохновение на миллиард. Это и будет примерно христианский рай.

Ряд можно продолжить предельными состояниями других искусств — у каждого есть свой рай. А теперь можно проделать следующую операцию — сложить все эти образы рая в один.

capucine

к предыдущему

Одно замечание; мне это кажется очевидным, но всё же.

Во всех этих гниловатых тёрках за теодицею в парадигме «бьёт значит любит» — крайне важно, кто именно говорит, кому адресует высказывание и на чей счёт относит (помимо прочего, ясно, что такое допустимо говорить только в первом лице единственного числа, и никак иначе).

Например, если бы я, человек здоровый, небедный, сытый и счастливый, вдруг начал говорить, что, дескать, «боль и страдание попускаются Господом для нашего (читай: вашего) вразумления», то это было бы смешно и мерзко и заслуживало бы по меньшей мере сарказма. Когда Льюис пишет о том, что утрата имела для него определённые духовные последствия, — это нечто иное. Когда же св. Апостол Павел, неизлечимо больной, проведший полжизни в тюрьме и трижды тонувший в кораблекрушениях, пишет: «сила Божия в немощи совершается», — это уже что-то совершенно третье, и тут уважаемым пользователям ЖЖ следовало бы задуматься о том, есть ли у них основания и моральное право что-либо возражать.

Говорение разных вещей есть комплексное действие, требущее осмотрительности и сопряжённое с многочисленными опасностями.

capucine

ещё честертон «ортодоксия»

Разуму вредно и опасно препарировать разум. Один легкомысленный человек как-то спросил, почему мы говорим «безумен как шляпник». Более легкомысленный человек мог бы ответить: «Шляпник безумен, потому что ему приходится измерять головы» <...>

Нормальный человек знает, что в нем есть что-то от Бога и что-то от беса, что-то от зверя, что-то от гражданина. Действительно здоровый человек знает, что он немного сумасшедший. Но мир материалиста монолитен и прост; сумасшедший уверен, что он совершенно здоров. Материалист уверен, что история всего-навсего цепь причинности, как наш сумасшедший твердо убежден, что он сам всего-навсего цыпленок.

Материалисты и сумасшедшие не знают сомнений.

Вера не ограничивает разум так, как материалистические отрицания. Если я верю в бессмертие, я не обязан думать о нем. В первом случае путь открыт, и я могу идти так далеко, как пожелаю; во втором случае путь закрыт <...>

Мы приняли круг за символ логики и безумия; мы можем назвать крест символом тайны и здоровья. Буддизм центростремителен, христианство центробежно — оно вырывается наружу. Ибо круг задан, он не станет ни больше, ни меньше. Но крест, хотя в середине его столкновение и спор, простирает четыре руки в бесконечность, не изменяя формы. Заключив в свой центр парадокс, он может расти не меняясь.

Круг замкнут в себе, крест открывает объятия всем ветрам, это маяк для вольных странников.


«Ортодоксия»

не менее 75% текста хочется перепащивать, но не стану

capucine

календарное

yanah:

Весёлая больная девочка шести лет всю службу промычала, очень красивая, похожая скользкой косынкой на мать. Весёлая плакала от радости, что не могла сказать в ту раковину, куда говорящие могут позволить себе молчать, или должны молчать ртом в пол, или тупо из соседнего рта воду выбрали, потому что тут у нас вообще-то не резиново. Плачет не тонет, скачет не горит. Поверх джинсов мать повязала весёлой платок. Вроде юбка, а вроде надпись на рыбьем языке: «тебе легко говорить». Шестилетку заворожило плиссе моей юбки, она его гладила, мать её дёргала, девочка стонала. Вдруг сунула язык в пластиковый стаканчик с освящённым мёдом. Язык у девочки очень длинный, достаёт до уровня мёда.

  • Current Music
    World's End Girlfriend → Phantasmagoria Moth Gate
capucine

истерики последней минуты


smashtokyo@Flickr

Георгий Егоров, врач «Скорой помощи»:

Мне никогда не забыть, как однажды по вызову наша бригада приехала к пожилому священнику, которого свалил инфаркт. Он лежал на кровати в тёмно-синем подряснике с небольшим крестом в руках. Объективные данные говорили о кардиогенном шоке. Давление крайне низкое. Больной был бледен, с холодным липким потом, сильнейшими болями. При этом внешне не просто спокоен, а АБСОЛЮТНО спокоен и невозмутим.

И в этом спокойствии не было никакой натяжки, никакой фальши. Мало того. Меня поразил первый же заданный им вопрос. Он спросил: «Много вызовов? Вы, наверное, ещё и не обедали?» И обращаясь к своей жене, продолжил: «Маша, собери им что-нибудь покушать». Далее пока мы снимали кардиограмму, вводили наркотики, ставили капельницу, вызывали «на себя» специализированную реанимационную бригаду, он интересовался, где мы живём, долго ли добираемся до работы. Спросил слабым голосом, сколько у нас с фельдшером детей и сколько им лет.

Он беспокоился о нас, интересовался нами, не выказывая и капли страха, пока мы проводили свои манипуляции, пытаясь облегчить его страдания. Он видел наши озабоченные лица, плачущую жену, слышал, как при вызове специализированной бригады звучало слово «инфаркт». Он понимал, что с ним происходит. Я был потрясён таким самообладанием.

Через пять минут его не стало.

Странное, не покидающее до настоящего времени чувство вызвала во мне эта смерть. Потому что чаще всего всё бывает вовсе не так. Страх парализует волю больных. Они думают только о себе и своём состоянии, прислушиваются к изменениям в организме, до последнего вздоха цепляются за малейшую возможность жить. Всё что угодно, но лишь бы жить.

В квартирах, где нет места иконам и крестам, но зато есть плазменная панель во всю стену, где в передней просят надеть целлофановые бахилы, несмотря на тяжёлое состояние больного, вообще, бывает, разыгрываются «истерики последней минуты». Со стонами, метанием по постели, хватанием за руки, заглядыванием в глаза, беспрестанным переспрашиванием о своём положении и его прогнозе с целью поймать во взгляде врача, его голосе, словах хоть какую-то призрачную надежду на чудо исцеления.

Такие больные перед впадением в бессознательное, предагональное состояние просто «измочаливают» родных и окружающих своим страхом. Медики чувствуют себя после такого неудачного исхода обессиленными. Но не потому, что не смогли оказать помощь в полном объёме и спасти пациента. Опустошённость и потерянность испытываешь оттого, что смерть здесь победила человека.

К слову сказать, точно такие же «побеждённые» страхом больные встречаются там, где все стены увешаны иконами, столы завалены религиозной литературой, везде сумеречно мерцают лампады, а больные вместо прописанных врачами лекарств пьют только святую воду, многие литры которой в разной таре можно увидеть повсюду в квартире.

А вот после смерти того священника до сих пор, как ни странно, во мне живёт чувство тихой радости. Там смерть не одержала победу. И когда я «прокручиваю» в памяти 2—3 подобных случая из моей практики, сам собой возникает вопрос: «Смерть, где твоё жало?»


Благодаря oblakov_shtanah. См. тж. o_cmeptu

  • Current Music
    Drudkh → Вiчне Сонце / Eternal Sun
  • Tags
capucine

ankoku butoh

Было так.
В полуденной полумгле
или в ночной мгле вдруг задрожал дрожать.
Не стал представлять собой себя, что-либо о себе знать.

Не донеся до рта еды, или не дошагнув единого шага,
или где-нибудь на полуслове спохватился:
ба! я же гол и бел, полупрозрачен. Словно бумага,
на которой никем не написано никаких слов.

Кто сей? с чем отождествлён?
Где он. Я — где. Я — ствол какого-то дерева, бел и гол,
полуобозначен. Какие у меня были листья, имя, плоды, какой пол?

Я — вчуже, в полуметре (как головная боль
после принятия тридцати семи милиграммов кодеина).
Как тридцать семь маленьких капель — в океане валокордина.
Как тридцатисемилетие — и большая живая Вечность.
Как не было.

Collapse )

capucine

Command + S



Дорогие ребята! Желаю вам счастья, удачи и здоровья. И не забывайте почаще сохраняться.

  • Current Music
    Rasputina • State Fair - Tweaker Ambient Remix
capucine

царство слез

Это Шива. Грустит, пьёт красную водочку.
Потому что Кали — на Юге.
Поехала одна в отпуск.



Что-то, думает, кожа стала вокруг ногтей шелушиться. Авитаминоз. Никто не готовит овощных салатиков.

Ссылка по теме: Reutoff
  • Current Music
    Reutoff ~ regno di pianta