Category: искусство

Category was added automatically. Read all entries about "искусство".

capucine

«В искусстве с конца 19-го века потребителя положено гладить против шерсти, в дизайне — по шерсти,…

кожа

аритмия

http://rhzm.ru/posts/94

Дело в том, что последнее время всё чаще мои знакомые — самые разные — заболевают новой, неизвестной болезнью. Они не могут ни танцевать, ни заниматься любовью, ни даже курить. Любое действие, где присутствует хотя бы самая ничтожная ритмическая составляющая, становится для них недоступным. Они не могут вставать утром в одно и то же время каждый день. Они не могут проводить одно и то же количество часов где бы то ни было. Их шаги — разной длины. На улицах они часто останавливаются. Затем идут ещё быстрее (Станислав Львовский. Выводитель ритма)




Цитировать чужие тексты, и вообще, повторять за кем-либо что-либо — строго воспрещается.


Из культурного ландшафта, и вообще, из всех обитаемых областей реальности надо изъять все ритмически организованные структуры.

Ритмическая модель реальности неудачна. Природа не циклична, а лишь кажется таковой подслеповатому и безлюбовному взору. Каждое мгновение — чрезвычайное происшествие, а не итерация.



Наихудшая ошибка, которую можно сделать, формируя себе экзистенциальную стратегию — решить, что если нечто однажды сработало, то ещё раз сработает. Может не сработать, если не захочет. Реальность — женщина, а не робот. Может не захотеть.

Жизнь — скорее предварительные ласки, нежели фрикции.

Всякая философия теряет смысл, потому что «мир есть совокупность фактов, а не вещей», а факты больше не повторяются, значит, и описывать их нельзя.


Разрушим режимы дней наших. Никаких будильников, никаких ежедневных ритуалов. Начинал день с чашки кофе? Нажрись с утра в стельку. Ездил на метро? Угони бульдозер. Читал Иисусову молитву на каждый третий шаг левой? Ляг в сугроб и пропой Трисвятое на мотив Take Five, и Господь улыбнётся тебе в ответ из щербатого космоса.



Живи так, чтобы каждый следующий удар сердца был не таким, как предыдущий, а гораздо лучше. Ходи артимично. Дыши неровно. Не дрожи.

Право становится антипрецедентным: юридический прецедент автоматически делает невозможным аналогичный вердикт в похожей ситуации. Закон, примененный один раз, сразу же должен быть отменен или заменен другим. Запрет, сработавший единожды, теряет силу.

Мы упраздним однородные члены предложения и регулярные орнаменты. Не будет тельняшек и тканей в горошек. Запретим стихи в рифму и серийное производство, лестницы и кирпичную кладку. Распрямим все пружины, в том числе спираль ДНК. Выведем на орбиту странный аттрактор.

В политической плоскости, конечно, получается радикальнейший анархизм. Который, между прочим, может не исключать монархии — ибо монархия, как и любая жесткая вертикаль, максимально аритмична.

Мир — роман с кульминацией и открытым финалом, а не мантра.



capucine

реакционизм и личные формы

То есть это всегда история между человеком и человеком.

Вопрошатель, конечно, может быть уполномочен какой-то институцией или сообществом — но всё равно, вопрошание должно быть адресным: от конкретного человека к конкретному человеку. Кто угодно, но обязательно другой, — адресно задающий художнику (именно ему, а не в пространство) вопрос, требующий внятного ответа.

Вопрошание не обязано быть вербальным. Это может быть удар по лицу или выстрел в ногу. Или поцелуй.

Ответ же, в свою очередь, может быть адресован не только вопрошателю, но и в публичное пространство.

Или, наоборот, только себе (только Богу).

Но не обязательно.

На вопрос «реакционизм ли это» может ответить только тот, о ком спрашивают.

При этом особым образом артикулированный ответ «нет, я не реакционист» может быть реакционистским произведением.

В третьем лице говорить о ком-либо «это реакционизм» или «это не реакционизм» — некорректно.

Поэтому пример реакционизма привести, вообще говоря, невозможно. «Реакционизмом может быть только то, чем занимаешься лично ты».

il medico delle peste

реакционизм (пассивизм)

— общее название для ряда полимедиальных течений в искусстве 10-х/20-х годов XXI века (в поэзии, перформанс-арте, живописи, медиа-арте), характеризующихся стержневой идеологемой «молчи, когда не спрашивают». В соответствии с ней, художественное высказывание непременно должно быть отзывом на ясно артикулированное в конкретном тексте вопрошание, ответной репликой в диалоге — но никогда не первой репликой, никогда не «ответом на молчание». «Наполовину выползший из бартовской могилы автор — волкин дед — пусть вякает только тогда, когда кто-то ему прямо в его обглоданное лицо скажет: отвечай, что думаешь, не то прилетит из шотгана в голову. Во всех прочих ситуациях мёртвому автору остаётся терпеть — и наблюдать». (О. Пащенко, 2013)


http://zombiescapes.us

ленивец

две лингвистические метафоры

1

Когда некто произносит формулу: «верую, яко сие есть самое пречистое Тело Твое, и сия самая есть честная Кровь Твоя», он именно во втором лице обращается к Тому, Чьё Тело и Кровь; если заменить в этом тексте второе лицо на третье («Тело Его, Кровь Его»), то формула потеряет смысл. Не бо врагом Твоим тайну повем.

Образно можно говорить, что грамматическая форма третьего лица была впервые употреблена Адамом-Евой в разговоре со змием, и именно в этом состояло грехопадение.

Ситуация вполне квантовая: когда появляется сторонний наблюдатель, кошка умирает (или не умирает, но это уже неважно, какая разница, «Чуда о кошке» больше нет).

2

Или: мы пытаемся говорить на известную тему так, словно это для нас существительное, в то время как это для нас глагол:

Утверждая, что мы познаем Бога нашего в Его энергиях, мы отнюдь не обещаем того, чтобы приблизиться к Нему в самой Его Сущности. Ибо, если Его энергии нисходят до нас, Сущность Его остается недосягаемой. (Свт. Василий Великий. Письмо 234, к Амфилохию // Творения. М„ 1911. 4.3. С. 283.)


Глагол можно написать на бумаге, внести в словарь и так далее, но это будет, вообще говоря, не он сам, а его отпечаток, результат мертвящей субстантивации, которая лишает его «глагольности», заменяя её на «чтойность». Глагол глаголен только в самом действии.

(То же самое можно сказать в связи с разговорами об искусстве и др. невещах: «ничто не искусство, пока этим не занимаешься лично ты»).

il medico delle peste

«если все художники, то никто не художник»

Что такое искусство? Моррис Витц говорит, что искусство вообще нельзя определить: это открытая система, как «игра» у Витгенштейна — как ни определи, завтра появится авантюрист, который сделает такое искусство, которое не подпадает под наше определение.

Отсутствие границ понятия причиняет такой же дискомфорт, как и апофатическое богословие, например. «Это не он». Хочется, хочется огородить сакральную область в пространстве человеческой активности, внутри которой — искусство, за пределами которой неискусство. (То есть поляризовать реальность по принципу сакральное/профанное). Можно сказать: «по Витцу получается, что, раз нет критериев, то ничто не искусство» — да, совершенно так, ничто не искусство, пока этим не занимаешься лично ты.

Русские авангардисты (ну, и Бойс, позже) говорят: искусство это вообще всё, что мы делаем; Гройс говорит: «искусство есть активность, направленная на поиск и исследование новых способов жизни». Следует ли сознательно «взять от мiра» и поместить в сакральную резервацию художников — тех людей, которые профессионально и сознательно исследуют способы бытия, — или не стоит заморачиваться? «Если все художники, то никто не художник».

Может быть, художник — это профессиональный исследователь новых экзистенциальных модусов, и таким профессионалом становится каждый — достаточно единожды поклясться посвятить себя такому исследованию (служению (пардон))? Нужна ли такая клятва? Кому она нужна? Кому она даётся? Можно ли её взять обратно?

И, дополнительно, интересный вопрос: ежели что-то легитимизировано в качестве искусства — может ли оно быть разлегитимизировано обратно — или это уже навсегда, прецедент не имеет обратной силы? Ответ достаточно очевиден, как мне кажется; но почему бы не обсудить.

Discuss:
capucine

semiotic apocalypse, cont'd

Теистическое мировоззрение добавляет смысловое измерение: словно когда томящийся в сумеречном плацкартном вагоне пассажир догадывается отодвинуть занавеску и выглянуть в окно. А с платформы — говорят.

Технически это происходит так: если для условного атеиста Вселенная и всё в ней сущее и происходящее просто, что называется, «имеют место» — иначе говоря, являются знаками автореферентными (означающими не более чем самое себя),

то для теиста абсолютно всё, то есть вся реальность есть авторский художественный текст, адресованный лично ему.